В реальности. Часть 1
В больших размеренных креслах мирно сидят двое старцев. Один из них - Гроффф, второй же - Альберт Хофман.
Гроффф: Вот, бывает, наглотаюсь грибов.. и такое вижу - ах, прямо диву даёшься - инкарнирую, твою мать!!
Хофман: ты инкарнируешь - ты и даёшься. хахаха. Хотя я хуй знаю. Мои пациенты совсем запутались. Лезут всё куда-то. То под стол, то под крышку… гроба. хахахахаха
Гроффф: Люблю стимуляцию коры! Когда кора стимулируется, способности психики расширяются, дорогой друг, ты чего предпочитаешь? Я в основном индольные триптамины. А ты?
Хофман: Наши - отечественные, лизергиновые. Хорош заливать, ты ж тоже замечен.
Гроффф: Да .. ваши марочки весьма кстати порой бывают.
В момент дверь выбивается ударом расхлябанной ноги в сапоге. В комнату, покосившись, вплывает в жопу уделанный вновьизобретённой какой-то хуйнёй Шульгин:
Ох, ребята. Вы, конечно, молодцы. Кора там стимулируется, психоделия. У меня тоже есть. Но зато как прёт-то!!! Ахххуйлили как прёт, суки чистилищные. - Падает на кровать, скрипнувшую как на вдохе проржавевшими пружинками. - Брр. Конец. Ребята, может тоже втрескаетесь, я хочу с вами на одной волне тусоваться.
Гроффф и Хофман, медленно потягивая кофе через трубочки из модного ресторана Макдональдс, обмениваются умиротворёнными взглядами. В дверь робко стучат. Потом громко стучат и просят разрешения войти. Голос грубый и хриплый. Когда, покрутившись в простынке, пятидесятый раз оприходовавшись рецедивно, Шульгин всё-таки вскакивает, то бежит открывать дверь, ловя на ходу мух, успевая откусывать у них крылья и восхищаться, как прекрасно эти крылья, как семена, прорастут весной, стоит им только упасть на влажную землю. Он резко дёргает ручку двери, та распахивается. С другой стороны порога стоит грозный дон Хуан, держит за шкирку обосравшегося и вонючего, несчатного и маленького Карлитоса.
Хуан: Ну что мне с ним делать. Один хуй, что с пейотом, что без. Академики! Может, у вас есть средства сделать его человеком? Я забил уже на магию эту сраную и ганджа курю сижу, а он лезет и требует шоу (show).
КК: Нагваль скурился!!! На хуя ж я ему диск Боба Марли давал. Наркоманы гнусные!!!
Тем временем Альберт Хофман и Станислав Гроффф, медленно, по капельке, потягивая кофе через трубочки из модного ресторана Макдональдс, обмениваются настороженными взглядами.
В те времена, когда Ленин правил миром и на земле было тепло, люди развлекались всякими веществами. Но кто-то от них умер, а кто-то стал жить дальше. У каждого был выбор. И каждый сделал свой. Может, и выбор - выбора не делать.
